Средство от «Матильды» — мнение

Известный публицист Исраэль Шамир — о неожиданном возвращении Ленина в общественно-политическую дискуссию наших дней.

I

История КПСС — не самый занимательный предмет. Я его добросовестно учил в вузе в советские времена, но отлынивать от него считалось делом чести и доблести. Ленин занимал там важное место, но большого интереса он не вызывал.

О Ленине до Горбачева писали только хорошо: святой. Дедушка Ленин. А в перестройку — только плохо: злодей. И в обоих случаях читать не стоило, потому что приговор был заранее вынесен. Святой — или злодей. Житие — или чернуха.

По сей день тянется взаимное бесплодное существование этих двух версий. Но вот наконец-то к столетию великой русской революции вышла книга — не житие, не обвинительное заключение — а жизнь Владимира Ильича Ленина. Первый рассказ о Ленине, который хочется — интересно — прочесть.

Таких книг о Ленине еще никто не писал. Написана она не прокурором и не адвокатом, а писателем. ЛД пишет живым современным языком, его книга рассчитана на молодого читателя наших дней. Может, даже на хипстера. Ленин тоже был немного хипстер, жил в Париже, Лондоне, Цюрихе, посещал барбершоп, враждовал с российской властью, но он не спиннер на пальце крутил, а весь мир. Он и на велосипеде накрутил не одну сотню верст — он одобрил бы велосипедные дорожки Собянина.

«Искра» была стартап, — пишет ЛД, пользуясь терминологией айтишников — маленькая компания, созданная для поиска рентабельной бизнес-модели. Ленин интуитивно принял «правило двух пицц» Джеффа Безоса, основателя Amazon — команды должны быть такими, чтобы их можно было накормить двумя пиццами. Домик «Искры» в Пскове — аналог гаража в Лос-Альтосе, где Джобс собрал первый компьютер Apple.

Но Ленин сделал что-то покруче, чем компьютер. Ленин изменил судьбы мира, он — один из немногих русских людей, чьё имя известно всему миру — от пампасов до тундры.

«Русский Конфуций», охарактеризовал его ЛД, предсказывая будущее понимание своего героя в народе: «Ленин будет как Конфуций для Китая — абсолютный авторитет. Не навязанный сверху образ, как в советские времена, а народная икона. Портреты будут в домах ставить. Как это, собственно, и было в 1920-е — потом просто заменили это официальным культом и заездили. Но, а кто еще его уровня — нет такого и близко в истории России».

Как писатель и журналист, Ленин был динамо-машиной, работал без перерывов, выдавал по пятьдесят заметок в месяц, и это параллельно с философскими и политическими трудами; он создал работающую политическую партию, его книги и сегодня читаются с упоением.

Но, если бы не его блестящая победа в 1917 году, мы бы его вспоминали, как вспоминаем Плеханова. А в 1917 году он изменил судьбу мира. Вы с ужасом вспоминаете кошмар девяностых годов; а ведь этот кошмар растянулся бы на весь двадцатый век, если бы не Ленин. Россия была бы покорена западным капиталом, как латино-американские страны. Не было бы ничего — ни рывка науки, ни культуры, ни всеобщей грамотности.

Более того — и в Европе не возникло бы социальное государство, уступка капиталистов рабочим, чтобы те не устроили революцию по ленинскому принципу. Мир был бы таким кошмарным, что и представить себе тошно.

«Он и сейчас не сказочный», скажете вы мне. Да, действительно, с тех пор, как дело Ленина было отвергнуто в России, во всем мире стало житься гораздо хуже. Американские рабочие получают сегодня ту же зарплату, что и в 1973 году — хотя цены выросли ого-го! Хуже живут и во Франции, и в Швеции, и в России. Капиталисты-финансисты устраивают войны, завозят мигрантов, превращают рабочих в пыль под ногами. И все это только потому, что больше им не грозит Ленин.

В России самое время в этом году вспомнить Ленина и революцию. Но и буржуи не лыком шиты. Они стараются стереть его память. Я не сомневаюсь, что Учитель и Поклонская — участники одного заговора, предназначенного переключить народ с рассказа о революции на рассказик о любовнице императора, с социалистического нарратива на буржуазный. Со стороны они противники, но по сути — играют на одном поле, держат никому не интересный объект своего кажущегося спора в центре внимания.

Кому нужно говорить о царе, хороший он был или плохой? Все это настолько неактуально, и годится только для того, чтобы мы не вспоминали Ленина.

Но я — вместо того, чтобы пойти на фильм Учителя или присоединиться к демонстрации с Поклонской — лучше прочту книгу Данилкина о Ленине.

II

Ленин в 1917 году — это плутовской роман о приключениях философа в молодой демократической республике, пишет Данилкин. Когда он приезжает в Питер, выдвигает свои «Апрельские тезисы», которые производят впечатление взорвавшейся бомбы. Начинается травля Ленина. Газеты набросились на него так, что и Трампу не снилось. Но он не сломился и пришел к победе.

Ленинский принцип действия — лучше лишний раз расколоться, чем дружить не с теми. «Лучше маленькая рыбка, чем большой таракан».

Данилкин легко, походя разрушает антиленинские мифы, которых сотнями настряпали черные мастера перестройки. И все это без напряга. Вот наконец-то я узнал об отношениях Ленина и Крупской. Была любовь. Любовь скрасила им изгнание в Шушенское. «Мы же молодожены были — не всё только Веббов переводили», — вспоминает она. Крупская, хоть и не очень хозяйственная женщина, была надежной спутницей — и в Шушенском, и в Париже. А в юности была настоящей красавицей!

Мне было интересно прочесть о еврейском предке Ленина — был такой. Дед Ленина со стороны матери был моим тезкой, и он принял православную веру в 1820 году. Его крестным отцом был граф Апраксин, а вторым восприемником — сенатор Баранов, то есть человек он был непростой. Прадедом был швед, убежавший в Россию — а крестным отцом его сына стал посетивший Питер шведский король. Немецкая прабабка была в родстве с президентом Германии и с писателями Маннами. Со стороны отца — заволжская смесь русских, калмыков и мордвы. Более русского коктейля даже представить себе трудно.

Детство его прошло частично в семейном поместье, так что с крестьянами он был знаком с детства и отлично ладил с ними на личном уровне. Поэтому он стал «крестьянским вождем в крестьянской стране» после революции.

ЛД подробно пишет об основных книгах Ленина. «Империализм» — совершенно современная книга. Ее можно и сейчас читать, перечитывать, использовать. Время от времени я вижу цитаты из нее — в постах соцсетей, в газетных статьях. Уже тогда, больше ста лет назад, Ленин заметил тенденцию, которая сейчас стала до ужаса ясной — капитализм это стремление к господству, к порабощению горсткой сильных — массы слабых. Заниматься финансами стало выгоднее, чем производить товары. Миром правит не капитал вообще, а капитал финансовый.

В этой книге Ленин описал различие между странами ядра и периферии. В странах ядра — рабочих подкупают, но в странах периферии на подкуп не остается средств. Горстка государств-ростовщиков, большинство — страны-должники. Войны неизбежны, писал Ленин. Они проистекают из самой природы капитализма.

Самая замечательная книга Ленина, актуальная и сегодня — «Государство и революция», читается с упоением. Она отвечает на вопрос — к чему стремиться, куда должны прийти народы.

Читайте Данилкина — это самое подходящее чтение сегодня. Конечно, после Ленина!

Исраэль Шамир, газета «Завтра»

Социальные комментарии Cackle
Добавлено: 27-08-2017, 13:10
0
82
Приглашаю присоединиться ко нам в:

Присоединиться в ВКонтакте Присоединиться в Facebook Присоединиться в Твиттере Присоединиться в Google Плюс Присоединиться в Одноклассники

0

Похожие публикации


Наверх