Опора России — «Калибры» и спецслужбы

Даже интересно, как обошлись на Даунинг-стрит с текстом соболезнований, которые Владимир Путин направил британскому премьеру Терезе Мэй в связи с очередным лондонским террористическим актом, на этот раз напоминающим дикую средневековую резню.

В дежурном порядке подшили в папку входящих документов или, не вчитываясь, отправили в мусорную корзину?

С прискорбием следует отметить, что за последние два с половиной месяца российскому лидеру пришлось трижды направлять в Лондон трагические послания. 22 марта — происшествие на Вестминстерском мосту, когда исламист направил автомобиль на людей, а потом пустил в ход нож: три жертвы, включая самого злоумышленника, застреленного сотрудником полиции. 23 мая — взрыв в Манчестере во время концерта американской дивы Арианы Гранде: погибли 22 человека, в том числе и дети, порядка 60 человек пострадали.

Недавний теракт обошелся Соединенному Королевству в 7 загубленных душ и 48 пострадавших. И всякий раз вместе со словами соболезнования Владимир Путин выражал уверенность, что «общим ответом на произошедшее должно стать наращивание совместных усилий в борьбе с силами террора по всему миру».

Судя по всему, прежде в Лондоне, который, кстати, первым отказался от любого сотрудничества с Москвой по линии спецслужб, на такие призывы в принципе не обращали внимания. Фунт презрения, и ничего более. Впрочем, и на этот раз от Кремля отмахнулись как от надоедливой мухи. В своей нервной речи по горячим следам Тереза Мэй заявила, что с «ИГИЛ»*, конечно же, пора кончать, но сотрудничать при этом Великобритания намерена исключительно с «союзными демократическими правительствами». Понятно, что Россия в этот привилегированный список никаким боком не входит.

Тем не менее Москва уже не первый год настойчиво стучится в закрытые двери.

О необходимости объединить усилия всех стран в борьбе с террором Владимир Путин говорил еще на 70-летии Организации Объединенных Наций. Реакция нулевая. Так что специфическое отношение Лондона к антитеррористическим предложениям Кремля — это консолидированная позиция Запада.

За все время, пока «ИГИЛ» правит кровавый бал в Европе, только бывший французский президент Франсуа Олланд, когда Франция погрузилась в животный страх после очередного теракта, примчался в Москву за помощью и советом — все-таки у России, пожалуй, самый большой опыт в борьбе с этим злом.

И в интервью газете Figaro Владимир Путин рассказал, как все было: «Мы с ним (Олландом. — прим. ред.) договаривались о конкретных действиях. К берегам Сирии подошел авианосец „Шарль де Голль”. Потом Франсуа уехал в Вашингтон, и все, „Шарль де Голль” развернулся и ушел куда-то в сторону Суэцкого канала. И реальное сотрудничество у нас с Францией прекратилось, не начавшись…»

Тайна за семью печатями, что тогда сказали Франсуа Олланду в Вашингтоне. Но если даже слова Владимира Путина, за спиной у которого не последняя в мире армия и спецслужбы, ничего для западных лидеров не значат, что тогда говорить о других предложениях российской стороны по части борьбы с терроризмом. Например, спецпредставитель Парламентской ассамблеи Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, депутат Госдумы от «Единой России» Николай Ковалев (кстати, экс-директор ФСБ РФ. — прим. ред.) не раз поднимал вопрос о необходимости принятия Антитеррористического кодекса.

«Страна, присоединившаяся к этому документу и ратифицировавшая его, должна будет следовать общему, коллективно выработанному комплексу антитеррористических мер; при этом, что особенно важно, ее усилия будут дополняться и подкрепляться действиями других государств и их спецслужб», — вещал парламентарий с высоких международных трибун, призывая коллег объединиться и действовать на опережение в рамках глобальной антитеррористической структуры. Размечтался…

Как, впрочем, и глава комитета Совета Федерации РФ по обороне и безопасности Виктор Озеров, который продолжает надеяться, что «здравый смысл наконец-то победит и произойдет объединение усилий не только с Великобританией, но и с государствами Евросоюза, США, другими странами».

Но если честно, уверенность сенатора Озерова, будто Запад вообще и Великобритания в частности, как он полагает, смогут понять, что на одни и те же грабли лучше не наступать, что с терроризмом надо бороться единым фронтом, доверия не внушает.

И дело уже не только в политическом эгоизме и амбициях, а в том, что для западного мира Россия — по определению больший враг, чем терроризм любой закваски. О чем неоднократно говорилось практически в открытую. И к нашим жертвам террора — чего уж греха таить! — на Западе, за очень редким исключением, относятся совсем иначе, чем к своим жертвам, и особенно голов в память россиян никто там не склоняет.

После Адольфа Гитлера, собравшего в вермахте и частях СС практически всю Европу, стало окончательно понятно, что русофобия — это одно из знаковых проявлений евронационализма. В разное время в качестве унтерменшев (недочеловеков) побывали и евреи, и цыгане, с которыми европейские уберменши (сверхчеловеки), как известно, не церемонились. Славяне, и в первую очередь русские, в том же списке. И если бы Россия была слаба, с ней, надо полагать, разделались бы еще до 1917 года.

Но не получилось ни в 1941 году, ни позже, что, похоже, исподволь и сегодня раздражает сильных мира из «колыбели мировой цивилизации». Как любая недовыполненная задача.

Впрочем, на официальном уровне это не так заметно, поскольку дипломатический этикет не всегда позволяет выплескиваться эмоциям. Когда в санкт-петербургском метро произошел теракт, мировые лидеры, как это принято, официально выразили соболезнования семьям погибших и россиянам в целом.

Но при этом власти Берлина, Парижа, Нью-Йорка и других западных городов, которые по новой моде ранее подсвечивали в знак солидарности свои достопримечательности в цвета флагов тех стран, где в результате терактов погибали люди, на этот раз не сочли нужным это сделать. В Берлине заявили, что Бранденбургские ворота не были подсвечены, потому что Санкт-Петербург не является городом-побратимом немецкой столицы.

В Париже также не стали обращать внимание на взрыв в Питере, притом что Эйфелева башня неоднократно окрашивалась в цвета флагов разных стран по такому же скорбному поводу — например, после теракта в соседней Бельгии. В поддержку жителей Санкт-Петербурга выступили только власти Тель-Авива. И это следует запомнить.

Ну а западная пресса вообще не сочла нужным прятаться за этикет. У американского журналиста Рика Стерлинга, отважившегося побывать в Крыму, по либеральным меркам подмоченная репутация. Но спорить с его утверждением, что взрыву в Санкт-Петербурге западные СМИ уделили заметно меньше внимания, чем событиям в том же Лондоне, не приходится. Действительно, на многих американских новостных порталах, например на сайтах Fox News или New Yorks Times, трагические новости из России вообще не попали на первую полосу. А в комментариях встречалось все что угодно, кроме искреннего сочувствия.

Например, ведущий британского телеканала Би-би-си заявил, что взрыв в санкт-петербургском метро — это, возможно, «некоторого рода попытка отвлечь внимание от хода расследования по коррупционным делам». Американский телеканал Sky News в утвердительной форме предположил, что «взрыв в Санкт-Петербурге может быть использован для оправдания дальнейших ограничений, налагаемых на группы протестующих» (накануне в Северной столице прошли митинги против коррупции. — прим. ред.).

Обозреватель CNN Пол Крикшэнк заявил, что произошедшее в петербургском метро — «месть джихадистов за бомбардировки мирных жителей и вторжение в Сирию». Ну а известный американский журналист Гленн Гринвальд процитировал пост Гарри Каспарова, где утверждается, будто теракт в Петербурге — «дело рук Путина». И тут же в киберпространстве появилось предположение с намеком на трагедию в питерском метро: дескать, Кремль использовал «Исламское государство» в своих политических целях…

Интересно, какой была бы реакция Запада, если бы российские СМИ заявили, будто теракты в Лондоне и Манчестере джихадисты «ИГИЛ» провели по договоренности с лейбористами, которые любой ценой хотели бы взять реванш у консерваторов на досрочных выборах?

Даже трудно представить, какой поднялся бы вой… Однако Кремль, надо отдать должное, ведет себя очень достойно.

Но при этом вот что надо понимать: политическая ситуация в мире такова, что собирательному «немцу» пока что очень хорошо, если русскому плохо — если, например, у нас что-то взрывается. Более того, они там у себя мысленно аплодируют, когда в Россию из Сирии приходит «груз 200». Особенно американцы (прислушайтесь к сенатору Джону Маккейну), которые для борьбы с Советским Союзом придумали и вскормили «Аль-Каиду»*, а для России — «ИГИЛ».

Почему исламисты вышли из подчинения отцов-основателей, другой вопрос. Но при этом не факт, что рука дающего сегодня полностью оскудела. Откуда тогда у боевиков в изобилии оружие западного производства?.. Так что, если разобраться по существу, главное мировое зло не в терроризме. Терроризм — это всего лишь один из инструментов большой политики, которую Запад уже давно проводит в отношении России.

Главное зло — это двойные стандарты, круто замешанные на любой форме превосходства, в частности на евронационализме.

Поэтому даже мечтать о международном антитеррористическом фронте сегодня не приходится. И еще долго России придется рассчитывать только на собственные силы — на «Калибры» и свои спецслужбы.

Олег Одноколенко


* Запрещенная в РФ террористическая организация.

Социальные комментарии Cackle
Добавлено: 12-06-2017, 01:10
0
45
Приглашаю присоединиться ко нам в:

Присоединиться в ВКонтакте Присоединиться в Facebook Присоединиться в Твиттере Присоединиться в Google Плюс Присоединиться в Одноклассники

0

Похожие публикации


Наверх